Примерно лет двадцать назад мне дали прочесть книгу «Хазон Цион». Она повествует об истории алии учеников Виленского Гаона. Содержание ее меня совершенно потрясло. Там рассказывалось о группе репатриантов, которые были, по существу, первыми сионистами: они поднялись в Страну с мессианскими, намерениями, чтобы принести Избавление естественным путем. У них был план в области сельского хозяйства, план в области государственного строительства, они даже создали небольшое войско (местная стража) под названием «гвардия». Они действовали в Иерусалиме начиная с начала 1810-х годов — на 80 лет раньше, чем здесь приступило к работе движение Хиббат Цион, заложившее основы современного ишува.

Для меня это было ошеломляющее открытие. Я искал сведения об этом — и практически ничего не нашел. История казалась мне настоящей загадкой, и я пытался выяснить детали все настойчивее.

Потом мне рассказали, что этой темой занимался профессор Исраэль Барталь — серьезный историк-исследователь, в 2006–2010 гг. декан гуманитарного факультета Еврейского университета в Иерусалиме в человек с левыми взглядами и светский — но историк с именем, уважаемый во всех кругах. И он написал, что все это — фикция, которой никогда не было: книга «Хазон Цион», опубликованная в XX веке, в 1930–40-х годах, попросту изобрела новую историю ишува; и что это, по его мнению, было написано для обоснования тезиса о религиозных основах сионизма: «Смотрите - мы, ортодоксы, были здесь раньше вас».

Продолжая изучать эту тему, я обнаружил книгу Коль а-Тор, "Голос горлицы" (цитата из Песни Песней). На ее обложке написано: «Это краткое изложение семи глав об Избавлении, которые рав Гилель из Шклова получил от своего учителя, Виленского Гаона». Удивительно: учение об Избавлении от самого Гаона! Я решил, что это стоит изучить.

Я спросил у многих раввинов, из ведущих авторитетов религиозного сионизма, — и они говорили мне: «Это ключ к Геуле, это наш наратив».

Впоследствии, обучаясь в ешиве религиозного сионизма, я узнал полную версию этой концепции: у нас есть традиция; Виленский Гаон обладал целостным учением об Избавлении, и эта традиция передавалась по цепочке: Гаон из Вильны → рав Хаим Воложинер → рав Ицхак Воложинер → Нецив (рав Нафтали Цви Йеhуда Берлин) → рав Кук.

То есть существует непрерывная линия преемственности от Гаона до нас.

Существует одно известное (по происхождению — светское, но все же содержащее долю истины) разграничение волн алии на «традиционные» и «сионистские».

· Традиционные алии — это евреи, поднявшиеся в Страну ради молитвы, ради ощущения святости земли, без каких-либо мессианских намерений; лишь ради того, чтобы пребывать в ее святости. Лучший пример — раби Нахман из Брацлава, который приехал, провел время, вернулся, — и у него не было никакого мессианского плана. Эти люди были замечательными и праведными, они молились и плакали, но не думали об Избавлении практического плана.

· Потом пришли сионистские алии. Их характерные черты: они занимались земледелием, не жили на деньги «халуки», не делились на сефардов и ашкеназов, создали единый «ваад» (комитет), учредили национальные институты, основали поселения, стремились создать государство, и в итоге возникли военные организации — Бар-Гиора, а-Шомер — первые вооруженные формирования, выполнявшие шаги по направлению к тому, что в религиозном языке называется «Избавлением естественным путем», а в светском — «строительством национального дома для еврейского народа в Земле Израиля».

Это, разумеется, упрощение, действительность сложнее, но оно не полностью ошибочное, в нем есть немалая доля правды.

В ешивах религиозного сионизма эту схему принимают. И примечательно: они помещают алию хасидов конца 18 века в категорию «традиционных» — рав Авраhам из Калиска, Менахем Мендл из Витебска, и другие хасидские цадики. Но, по их мнению, литваки, ученики Гаона из Вильны, поднялись сюда, чтобы обеспечить Избавление, построить еврейский ишув, привести Геулу естественным путем. И они полагаюи что «это известно из книги, которую написал рав Гилель из Шклова».

Ниже я изложу принятую многими версию – а потом объясню почему она является полной неправдой.

Версия говорит:

Рав Гилель из Шклова — ученик Гаона. Родился в 1757 году, скончался в 1838 г.

И хотя сионистское движение начинается в конце XIX века, гораздо позже - по их мнению, уже у р. Гилеля была полная сионистская программа, которую он передал из поколения в поколение — через пять поколений семьи Ривлин, а именно:

1. Рав Биньямин из Шклова (1727-1812) — отец рава Гилеля, действительно ученик Гаона, состоявший в списке его десяти учеников.

2. Рав Гилель из Шклова (1757-1838) — его сын.

3. Рав Моше Маггид Ривлин (1780-1846) — сын рава Гилеля, действительно находившийся в Иерусалиме.

4. Рав Авраhам Биньямин Ривлин — о нем нам не известно практически ничего.

5. Рав Йосеф Йеhошуа Ривлин (1836-1896) — известный деятель, председатель «Ваад а-Клали» Старого ишува.

6. Рав Шломо Залман Ривлин (1884-1962) — «звезда нашей сегодняшней лекции». Именно он опубликовал в 1947 г. книги «Хазон Цион», и «Коль а-Тор», и еще многие другие замечательные книги.

Эта традиция, как утверждается, донесла до нас мессианское учение Виленского Гаона

Коль а-Тор - книга пророческого характера. Она написана в нарочито сжатом стиле — ведь это лишь «краткое изложение семи глав о Геуле», а не сами эти главы; почему сокращение, а не оригинал — непонятно. Оригинала рукописи рава Гилеля из Шклова нет нигде. Зато сама книга по-настоящему рассказывает о Геуле так, словно та уже происходит.

Книга насыщена гематриями, математическими расчетами, обрывками стихов, доказательствами из текстов Писания, из имен и чисел. И все это подается как традиция, принадлежащая никому иному, как величайшему из лидеров ашкеназского еврейства — Гаону из Вильны.

Читая книгу, явно виден дух трех выдающихся личностей: рава Йеhуды Алкалая (1798-1878), рава Цви Гирша Калишера (1795-1874) и рава Кука. Возникает вопрос: они все черпали из «традиции Виленского Гаона» - или же книга Коль а-Тор, которая вышла в счет существенно позже них, сама опирается на их учение?

Вся эта история нанесла мне лично первый серьезный удар по вере в религиозный сионизм.

Я был убежден, что у религиозных сионистов есть одно несомненное преимущество перед харедимным обществом: они не кормят всех сказками. У них нет верований, в которые нужно быть полным простаком, чтобы их принять. У харедим с подобным сталкиваешься быстро — истории, которые выглядят неправдоподобно, и понимаешь: это часть той мифологии, которой всех кормят. Но у религиозных сионистов, я был уверен, есть здоровое критическое мышление в отношении таких вещей.

Я ошибался. Если вы погуглите Коль а-Тор, то увидите множество разнообразных текстов и лекций раввинов религиозного сионизма, которые используют эту книгу, — и ни один из них не указывает на то, что с ней могут быть проблемы

Такое представление есть не только в кругах связанных с ешивой Мерказ а-Рав, но и кругах связанных с ешивой Гар Эцион (в Гуш Эцион) — везде рассказывается та же история, без самокритики или даже без оговорки.

Д-р Арье Моргенштерн, раввин-исследователь из круга религиозного сионизма, является одним из главных сторонников аутентичности Коль а-Тор. Он полагает, что книгу написал не сам рав Гилель Ривлин, а его сын — рав Моше Маггид Ривлин, опираясь на сходство его собственных дошедших до нас проповедей («Маггид Дореш Цион») с Кол а-Тор по стилю. Он многократно излагает этот миф, сочетая историю с гомилетикой, истолковывая историю как мидраш, и тем самым придает всей истории видимость академической достоверности.

Другой исследователь, д-р Эли Эшед, написал обстоятельную статью об истории Коль а-Тор. Он предложил другого возможного автора — рава Ицхака Савира Ривлина, действительно крупного знатока Торы.

Рав д-р Цахи Гершкович из Университета Бар-Илан пришел к выводу, что Коль а-Тор написан не равом Гилелем и не равом Моше Маггидом, а, по всей видимости, происходит из круга рава Йосефа Йеhошуа Ривлина — внука рава Моше Маггида. Основание для этого вывода — наличие в «Книге пиютов», приписанной Йосефу Йеhошуа Ривлину, глубоких идей, совпадающих по духу с Коль а-Тор, а значит именно он, скорее всего, и создал его.

Однако есть и дополнительное свидетельство, которое Гершкович приводит: Коль а-Тор несет в себе черты социального мышления второй половины XIX века и отражает кризисы еврейского общества той эпохи. Вдобавок в «Пиютах» встречается слово «антисемитизм», которого в ту пору никто не употреблял — и даже издатели книги признали, что, по всей видимости, именно Шломо Залман Ривлин что-то добавил. Но это очень странно: если у тебя есть «священные пиюты» твоего отца, то ты не стал бы вставлять в них собственные добавления, не предупредив никого, — если только ты сам их и сочинил.

Совершенно иную позицию занял профессор Иммануэль Эткес, утверждавший что Коль а Тор это просто фальсификация, приписанная традиции Гаона.

Его книга вышла на иврите в 2019 г. под названием «Амцаат масорет» («Изобретение традиции»), а в 2023 г. она опубликована в переводе на английский издательством Стенфордского Университета под названием «The Invention of a Tradition: The Messianic Zionism of the Gaon of Vilna».

При этом уже в предисловии он прямо объясняет, что цель его книги - отнюдь не чисто историческое исследование. Он пишет чего хочет добиться: «Критическое исследование мифа о Гаоне и его учениках как первых сионистах выходит за рамки чисто исторической науки. Поскольку на протяжении нескольких десятилетий раввины и педагоги религиозного сионизма усвоили этот миф, из него делают вывод, что якобы корни сионизма уходят в мессианскую традицию, берущую начало у Гаона из Вильно и его учеников. А это противоречит тому факту, что сионизм является современным национальным движением, не имеющим ничего общего ни с традиционной алией, ни с институтами Старого ишува».

Таким образом книга должна служить подтверждению его идеологической позиции (которая была крайне левой). И в книге многократно повторяется, что сионизм — это светское, европейское, националистическое движение, не связанное никоим образом с традицией Израиля.

Однако такое утверждение - просто ложь. Ведь он прекрасно знает (и упоминает), что изложенные в Коль а-Тор идеи во многом опираются на идеологию Алкалая и Калишера, которые жили задолго до сионистского движения. И таким образом, независимо от аутентичности Коль а-Тор, есть однозначные свидетельства того что современный сионизм возник вначале именно в религиозной форме. Однако он всё это полностью игнорирует.

Таким образом: факты, приводимые в этой книге, совершенно верны. Но общий тезис книги — ложен.

Разберем доводы доказывающие поздний характер книги, и начнем с человека который опубликовал книгу в 1947 г. - Шломо Залмана Ривлина.

Он родился в 1884 году и скончался в 1962 году. Таким образом, он видел всё развитие сионистского движения.

Он не был выдающимся раввином. Он учился в ешиве Эц Хаим в Иерусалиме и в других иешивах, получил широкое религиозное образование,. Был известен двумя вещами: во-первых, как кантор и руководитель института хазанута — «Ашкеназского певческого искусства» (в свое время это была целая традиция); во-вторых, как любитель-историк Старого ишува.

Семья Ривлиных — это старинная, очень документированная семья, они записывали все. Он много писал об истории Старого ишува, о своем отце, занимался разными административными должностями, очень рано вышел на пенсию и с тех пор посвящал время историческому творчеству и хаззануту. Человек особенный, без сомнения.

Давайте разберем свидетельства в отношении каждого из предполагаемых авторов:

Рав Гилель из Шклова (1757-1838) скорее всего поднялся в Страну не в «первой алие» учеников Гаона а приехал значительно позднее. По всей видимости, он также не был прямым учеником Гаона — его отец был учеником, а сам он мальчиком бывал в доме Гаона. От него дошло до нас лишь одно письмо о жизни в ишуве, и в нем нет ничего сионистского — ни малейшего намека.

Кроме того, во главе литовской алии стоял рав Менахем Мендл из Шклова (автор «Пеат а-Шулхан») — и он однозначно пишет, что они поднялись ради изучения Торы, как и все другие алии той эпохи. И нигде ни он, и никто другой из представителей этой группы не упоминает «алию ради мессианских идей Гаона».

Рав Моше Маггид (1780-1846): его подлинные проповеди опубликованы отдельно, и в них нет ни слова о сионизме. Однако Ш.З. Ривлин сделал свое издание этих проповедей, и там все выдержано в духе Кол а-Тор и сионизма — и при этом точно в стиле изложения самого Ш.З. Ривлина. Рукописного оригинала нигде нет. То есть Ш.З. Ривлина просто приписал этот текст своему предку.

Рав Йосеф Йеhошуа Ривлин (1836-1896): известный деятель, действительно имевший определенную открытость к происходящему в ишуве — к новому заселению, к новой алие. Он был причастен, в частности, к переезду за пределы Иерусалима — в основном по экономическим соображениям, так как в Старом городе было тесно. И он ни в коем случае не сочинял никаких «пиютов» — они не были известны при его жизни; они были опубликованы спустя тридцать лет после его смерти его сыном. При этом, как мы уже отмечали, в текстах пиютов встречаются слова, которых в ту эпоху не существовало, — например, слово «антисемитизм».

Самое масштабное исследование, когда-либо проводившееся по Коль а-Тор, — это работа рава Йосефа Авиви «Коль а-Тор: дор ахар дор», опубликованная в 2020 году. Авиви — выдающийся ученый, первоклассный исследователь кабалистических трудов Гаона. Уровень его академической скрупулезности — один из высочайших, которые только возможно себе представить. И он однозначно доказал не-аутентичность книги, и даже ужесточил свои выводы по сравнению с Эткесом.

Ключевая проверка, которую Авиви провел: он сопоставил идеи Коль а-Тор с реальными кабалистическими рукописями Гаона из Вильны. Вывод: подавляющее большинство идей, представленных в «Кол а-Торе», взято не у Гаона, а у рава Калишера, рава Алкалая и у рава Кука.. Сам Ш.З. Ривлин, разумеется, был знаком с каббалой Гаона, и в этом нет сомнений; но изложенные в книге идеи по большей части принадлежат этим его предшественникам.

После выхода книги один известный раввин заявил, что теперь он лучше понял писания рава Алкалая, потому что рав Алкалай, по всей видимости, учился у семьи Ривлин. Разумеется, все ровно наоборот — как если бы кто-то сказал, что «Рамбам знал Зоhар, потому что в Рамбаме встречаются цитаты из Зоhара, такие как "илат а-илот ве-сибат а-сибот" ("причина причин и начало начал")». Разумеется, все наоборот: это Зоhар цитирует Рамбама, ибо в эпоху танаев и амораев (если считать что Зоар создан тогда) никто не употреблял эти понятия, их ввел именно Рамбам. Здесь та же история.

Авиви также назвал еще одного члена семьи, принявшего участие в проекте, — Йосефа Йоэля Ривлина (брата Ш.З. Ривлина), который, по мнению Авиви, инициировал написание «Хазон Цион» в 1939 году — еще до публикации «Кол а-Тора», — с целью прославить роль семьи Ривлин в строительстве ишува. (Йосеф Йоэль Ривлин — это, к слову, отец Реувена Ривлина, занимавшего пост Президента Государства Израиль).

Вывод Авиви еще жестче, чем у Эткеса: весь проект с «Хазон Цион», «Коль а-Тор» и пиютами — это попытка переписать историю, чтобы прославить свою семью.

Дело в том, что в эпоху рава Йосефа Йеhошуа Ривлина, бывшего председателем «Ваад а-Клали» Старого ишува, возникл острый конфликт: множество людей выступало против него и даже обвиняло его в нечестности. Сложилось длительное соперничество между двумя семьями — семьей Ривлин и семьей Соломон — о том, кто построил ишув, кто победил в Войне за Иерусалим, кто основал Петах-Тикву, и так далее. По версии Авиви, весь этот проект — попытка переписать историю, чтобы дать своей семье, и прежде всего отцу, достойное место и доказать: «у нас было свое Учение об Избавлении, и отец действовал движимый тайными знаниями».

Фактически вопрос можно считать исчерпанным.

Но я оцениваю ситуацию несколько иначе чем Авиви, и изложу свое мнение ниже.

Мы уже упоминали выше, что факты, приводимые Эткесом, совершенно верны, но его главный тезис, что «сионизм это светское, европейское национальное движение, не связанное с традицией Израиля» — ложь.

Несомненный факт состоит в том что первоначальные идеи сионистского движения принадлежат в первую очередь раву Йеhуде Алкалаю и раву Цви Гиршу Калишеру.

Более того: в ответ на тезис «Были у них идеи, но от идеи до воплощения далеко», — важно знать, что первый задокументированный «практический сионист» — это тоже раввин и знаток Торы.

Рав Йеhуда а-Леви Маргоза (1783–1879), первый главный раввин Яффо, еще в середине19 века осуществлял все то, что потом делал практический сионизм.

[Добавление из энциклопедии: Родился в Сараево в 1783 году, там же учился в ешиве и преподавал. Позже поселился в Рагузе (Дубровник), откуда и получил прозвище «Ма-рагоза». В 1801 году, в возрасте 18 лет, поднялся в Страну Израиля, продолжал обучение в ешиве в Иерусалиме, после чего начал там служить раввином. В 1825 году раввинами Иерусалима он был назначен построить еврейскую общину в Яффо и встречать новоприбывших (до этого в Яффо не было организованной еврейской общины, и евреи, высаживавшиеся в порту, часто оставались без помощи). Первоначально жил в Яфо один, изредка посещая Иерусалим. В 1829 году он убедил группу евреев из Марокко, выживших при кораблекрушении корабля иммигрантов (недалеко от Акко ) присоединиться к нему и поселиться в Яффо, и постепенно община стала разрастаться].

Он покупал сельскохозяйственные угодья. Он упразднил разделенные по общинному признаку комитеты — марокканский, тунисский, персидский — и создал единый «ваад» для всех жителей Яффо. Он основал плантации и сады, поддерживал отношения с властями и с Монтефиори, приобретал земли для возделывания, противостоял системе «халуки». Он в точности делал все то, что по дихотомической схеме якобы отличает «новый ишув» от «старого», — при том что был раввином с пейсами и в тюрбане.

Он был почти современником алии учеников Виленского Гаона, и его деятельность это реальный практический сионизм - так что нет никакой необходимости изобретать мифы для демонстрации того что первые сионисты были религиозными.

Рав Йеhуда Алкалай и рав Цви Гирш Калишер — это известные и выдающиеся раввины, люди из мира Торы, сформулировавшие систематическую идеологию сионизма на основании классических религиозных источников.

Позже рав Шмуэль Могилевер (1824-1898) и другие приняли идеи рава Алкалая и рава Калишера, и возглавили движение Хиббат Цион (1884, Катовицкий съезд). А идеи рава Могилевера принял, в частности Биньямин Зеэв Герцль, который написал ему письмо, где говорилось: «Вы — наш учитель и наставник в вопросах обустройства Страны и Торы; объясните нам, как все это делается».

Поэтому невозможно разорвать мощную связь между идеей «!Избавления естественным путем» рава Алкалая и рава Калишера, идеями рава Могилевера и их сторонников — и их воплощением. До 90% первоначальных участников сионистского движения были глубоко верующими людьми. Сказать, что «сионизм это светское движение, оторванное от традиции» — это просто ложь.

Важнейшая вещь, которую необходимо подчеркнуть – я убежден, что Шломо Залман Ривлин не был «фальсификатором». Это слово здесь неприменимо.

Если вы считаете, что «всякий, кто когда-либо создал произведение, и приписал его другому, является фальсификатором» - то вы совершенно не понимаете истории культуры. Существует множество добросовестных и умных людей, делавших именно это — и намеренно, без цели обмануть. Они использовали этот прием как некий мыслительный, литературный, художественный или даже духовно-мистический элемент.

Яркий пример — книги рава Шимшона из Острополя. Возьмем, к примеру, «Сефер Карнаим» — он толкует его с изумительной прекрасностью. Разумеется, «Сефер Карнаим» — собственное произведение рава Шимшона из Острополя; такой книги нет ни в каком другом источнике, нет рукописи, нет ничего. И мало того, он упоминает в своих текстах книги, которых «не было и не бывало», — и на часть из них он сам намекает, что их «не было и не бывало». Всякий, кто изучает изумительнейшие труды рава Шимшона из Острополя, понимает и знает: это — духовный, мистический опыт, в котором он действительно ощущает, что не он создал эти тексты, что они дарованы ему свыше, и он их лишь толкует.

Другой пример — Рамхаль в «Клах Питхей Хохма»: он говорит: «Я нашел некую старинную свиток с правилами, и я их толкую». Разумеется, он не нашел никакого старинного свитка — он сам написал эту книгу, явно авторизуемую по его манере письма, по его изысканному ивриту.

Почему же он так написал, разве он не мог сказать правду? Нет, это именно то что он ощущал когда писал эту книгу, иначе она была бы неверно позиционирована. Таких историй великое множество о людях, которые не были фальсификаторами — а создавали нечто новое.

Да, существуют и позорные фальсификаторы, фабрикующие поддельные документы ради наживы. Но этот случай — совершенно иной. Ш.З. Ривлин ни в коем случае не искал в этом своей выгоды. Он жил скромно, явно умел обходиться малым, был праведником и добрым человеком. Он не стремился к славе — когда опубликовал Коль а-Тор в 1940-х годах, эта книга не произвела никакого впечатления. Он был человеком духа.

Да, он написал все эти книги — по факту всё вышло из-под его пера. Но надо понять: для этого нужен был блестящий ум. Он выстроил цельный рассказ — исторический, практический, который не существовал в реальности, — и духовный, в котором содержится очень много истины.

И он поведал этот рассказ через историю своей семьи — так, как он считал, это должно было быть, а не так, как это было. Иначе говоря, он создал мидраш об истории. И в этом мидраше он действительно подвел итог цели своей жизни.

Эткес, рассматривая психологические мотивы Ш.З.Ривлина, подтверждает что это, безусловно, не было корыстью. Он объясняет это «раздвоением личности»: Ш.З.Ривлин был сыном главы Старого ишува, но с юности сблизился с сионистскими идеями, потом увидел расцвет сионизма — и поэтому, по мнению Эткеса, он был вынужден создать рассказ, который соединяет историю его семьи с его нынешними убеждениями.

Я в целом с этим согласен — и вместе с тем нет. Я не думаю, что психологический импульс такого рода заставляет кого-либо на протяжении более двадцати лет создавать обширный корпус прекрасных книг. Его собственные проповеди в сборнике «Дрош Шломо» - прекрасны. Проповеди, которые он вложил в уста своего прадеда, — тоже прекрасны. (Пиюты мне нравятся меньше, — но это лишь мой вкус; он, кстати, больше всего старался подделать именно их, не потому что считал лучшими, а потому что приписывал их отцу).

Я думаю, он писал свои книги прежде всего ради Святого Благословенного. Он рассказывал Ему историю такой, какой она в действительности должна была быть. Мне кажется, что великий гнев Шломо Залмана Ривлина — если можно так сказать — был направлен на Самого Святого Благословенного, потому что история пошла не так. И потому он рассказал ее заново — как она должна была идти. В этом смысле Коль а-Тор — это не фальсификация, а мидраш.

Изумительно и то, что сам Ш.З. Ривлин в 54 примечаниях к Коль а-Тор указывает источники из подлинной Каббалы Гаона. Он написал примечания к собственной книге! Затем скончался. Продолжил работу над примечаниями его внук — Йосеф Ривлин, профессор Талмуда Университета Бар-Илан. И мы видим, что Ш.З. Ривлин умел брать незначительные мотивы, которые намечал Гаон, и развивать их изумительным образом.

Коль а-Тор был опубликован в 1947 году — и не произвел никакого впечатления.

Однако в 1968 году, на волне духовного подъема, последовавшего за Шестидневной войной, рав Менахем Мендл Кашер издал книгу «а-Ткуфа а-Гдола», "Великая эпоха", и включил в нее Коль а-Тор, которую считал аутентичной.

Как же рав Кашер, такой знающий раввин — попался в эту ловушку? Очень просто: он читал «Хазон Цион» и «Маггид Дореш Цион», видел, очевидные связи между ними — и не знал, что все эти книги созданы одним и тем же «фальсификатором», который к тому моменту уже скончался в 1962 году.

Только тогда Коль а-Тор приобрел широкую известность, и превратился в достояние религиозного сионизма.

Это нашло отклик и в харедимном обществе. К сожалению, именно рав Зильберман ввел его в харедимные круги, и его школа, люди, которые обычно думают и мыслят критически - по сей день принимают Коль а-Тор как подлинную и безусловную истину учеников Гаона.

Существовала и харедимная полемика вокруг этого: рав Вайнтрауб написал, что это фальсификация; рав Штернбург — что он не уверен в фальсификации, но безусловно видит проблемы.

Что касается тех, кто использует Коль а-Тор в религиозно-сионистских целях, — поразительно видеть, как тиражируется лозунг «харедимные фальсификаторы и злодеи скрыли от нас правду о традиции Виленского Гаона; у харедим Гаон — просто рядовой галутский ученый, а мы знаем, что он был человеком Избавления и обладал цельным видением Геулы». При этом, как ни парадоксально, правда в данном вопросе целиком и полностью на стороне харедим.

Прочту вам один отрывок из Коль а-Тор — стр. 80, абзац 2:

תכלית עבודתנו בקיבוץ גלויות הוא הקמת אנשי אמונה — חברות של אנשים שאוהבים את הגאולה — לשם ייחוד שני המשיחים בשערי ירושלים; שני המשיחים — משיח בן יוסף ומשיח בן דוד — להחזרת השכינה, תכלית הגאולה, גאולת האמת, לקידוש השם על פי רבנו הגר"א ז"ל. עלינו לעזרת ה' בגיבורים וללמוד היטב כל הבחינות ותפקידיהן על דרך המעשה. התפקיד הכללי של שני המשיחים — משיח בן יוסף ומשיח בן דוד — יחד בכל הדורות, הוא הגנה ומלחמה נגד שלושת ראשי הקליפות: עשו ישמעאל וערב רב.

(Перевод: «Цель нашей работы по собиранию изгнанников — формирование людей веры, сообщество людей, любящих Избавление, во имя объединения двух Машиахов в воротах Иерусалима; двух Машиахов — Машиаха бен Йосефа и Машиаха бен Давида, — для возвращения Шхины, цели Избавления, истинного Избавления, во освящение Имени Его, согласно нашему учителю Гаону. Нам, с помощью Господа сильным, надлежит хорошо изучить все аспекты и их задачи на практическом пути. Общая задача двух Машиахов — Машиаха бен Йосефа и Машиаха бен Давида — во все поколения — это защита и борьба против трех главных клипот: Эсава, Ишмаэля и Эрев Рав».)

Это опирается на мессианский аспект из Зоhара, — но само сочетание новаторское. Особая задача Машиаха бен Йосефа — против клипы Эсава; особая задача Машиаха бен Давида — против Ишмаэля; оба вместе — против Эсава и Ишмаэля, являющихся «быком и ослом со стороны нечистоты». Йосеф — это «бык», а Машиах бен Давид — «осел» (как в стихе о нем «бедный, и едущий на осле»).

Далее говорится, что соединение Эсава и Ишмаэля совершается через Армилуса — вождя Эрев Рав. Это удивительно интересно: Армилус — не вождь врагов Израиля, а вождь Эрев Рав. Армилус появляется в «Сефер Зрубавель» — апокрифе византийской эпохи; он же входит в наши тексты в «Шаарей Цион», где есть кавана (интенция) , о том чтобы Машиах бен Йосеф не умер.

Для тех кто хочет знать происхождение слова «Армилус»: по одной из гипотез это — Ромулус, первый царь Рима. Здесь «Ромулус» превратился в «Армилуса». Но это — мифическая фигура. Под ней подразумеваются (с учетом цензуры и страха говорить открыто) не римские полководцы, а христианский мир. Боялись не некоего мифического персонажа по имени Армилус, а папы или короля Франции, который убьет Машиаха бен Йосефа.

Далее — поразительная фраза, над которой есть о чем думать в актуальном контексте:

«Основная устремленность Эрев Рав — соединить Эсава и Ишмаэля и разделить двух Машиахов. В этом и состоит главный труд наш и наша борьба — сломить силу клипы Эрев Рав, клипы Армилуса, главного врага Израиля. Эрев Рав — наш величайший враг, он разделяет двух Машиахов. Клипа Эрев Рав действует исключительно через обман и хитрость, поэтому война с Эрев Рав — самая тяжелая и горькая, и нам надлежит преодолеть ее всей мощью наших сил. И всякий, кто не участвует деятельно в борьбе с Эрев Рав, становится его соучастником, — а таковому лучше было бы не родиться вовсе».

Это — очень глубокая гомилетическая идея, и она несомненно является новацией самого Ш.З. Ривлина. Насколько мне известно, ничего подобного нет у самого Виленского Гаона. Этого нет также ни у рава Кука, у рава Алкалая, у рава Калишера, ни у кого из многообразных источников, из которых Коль а-Тор черпал свои идеи.

Вдобавок мы сказали, что Ш.З. Ривлин был человеком, тяготевшим к широте охвата, доброжелательно взиравшим на светских своих современников — часть его сыновей, кстати, ушла в «а-Шомер а-Цаир» и Пальмах. Так кто же такой этот Эрев Рав? Это не светские евреи. Армилус как вождь Эрев Рав — это некая внутриизраильская сила, соединяющая наши две «клипы», наших двух врагов — христианский мир и ислам, — направляя их совместно против нас.

Коль а-Тор — это по существу книга о Машиах бен Йосефе.

Идея применения этой идеи к современности не нова: мы находим ее у рава Кука, который в своем знаменитом надгробном слове в Иерусалиме о Герцле говорит, что сионизм — это Машиах бен Йосеф, а поскольку он отделен от Машиаха бен Давида, его вождь должен умереть. Но у Гаона, и также в Кол а-Тор, Машиах бен Йосеф — это, разумеется, сам Гаон из Вильны. Ш.З. Ривлин развивает этот концепт так, как не делал никто прежде.

Давайте посмотрим отрывок из Гемары (Сукка 52а):

תָּנוּ רַבָּנַן: מֶשִׁיחַ בֶּן דָּוִד שֶׁעָתִיד לְהִגָּלוֹת בִּמְהֵרָה בְיָמֵינוּ, אוֹמֵר לוֹ הַקָּדוֹשׁ בָּרוּךְ הוּא: שְׁאַל מִמֶּנִּי דָּבָר וְאֶתֶּן לָךְ... כֵּיוָן שֶׁרָאָה מֶשִׁיחַ בֶּן יוֹסֵף שֶׁנֶּהֱרַג, אָמַר לְפָנָיו: רִבּוֹנוֹ שֶׁל עוֹלָם! אֵינִי מְבַקֵּשׁ מִמְּךָ אֶלָּא חַיִּים! אָמַר לוֹ: חַיִּים, עַד שֶׁלֹּא אָמַרְתָּ, כְּבָר הִתְנַבֵּא עָלֶיךָ דָּוִד אָבִיךָ, שֶׁנֶּאֱמַר: "חַיִּים שָׁאַל מִמְּךָ נָתַתָּ לּוֹ".

«Учили наши мудрецы: Машиах бен Давид, которому предстоит явиться вскоре в наши дни, — сказал ему Святой Благословенный: "Проси у Меня — и дам тебе"... Увидев, что Машиах бен Йосеф был убит, сказал он перед Ним: "Владыка мира! Прошу у Тебя лишь жизни!" Сказал ему: "Жизни — прежде чем ты попросил, уже предсказал о тебе Давид, отец твой, как сказано: Жизни просил он у Тебя, дал Ты ему"».

Машиах бен Давид просит «жизни» именно тогда когда он видит смерть Машиаха бен Йосефа. По сути дела, он просит не стать Машиахом бен Йосефом.

Таким образом кто такой Машиах бен Йосеф? - Это мессия, которого убивают. Но не в том смысле, что его пронзают — дело не в физическом убийстве. «Убит» — значит: не преуспел. Машиах, который не преуспел до конца, — это и есть Машиах бен Йосеф.

Каждый несостоявшийся мессия — это Машиах бен Йосеф.

Таким образом, нет «лжемессий» — есть лишь мессии, которым не удалось до конца. И вот что просит Машиах бен Давид, который еще не знает, что он Машиах бен Давид: «Хочу жить» — т.е. хочу преуспеть, хочу быть Машиахом бен Давидом. Святой Благословенный отвечает ему: «Обещано» — и цитирует стих о жизни.

Машиах бен Давид — это завершающий мессия, тот, кто преуспеет окончательно. До него — каждый мессия, которому это не удалось, является Машиахом бен Йосефом.

Именно поэтому святой Ари неустанно велит молиться о том, чтобы не умер Машиах бен Йосеф — то есть чтобы данный этап Избавления продвинулся еще на шаг вперед и увенчался успехом.

Я пришел к этому пониманию в процессе изучения Коль а-Тор – обдумывая его источники. Когда я понял эту интерпретацию Гемары, то осознал: тот, кому я в действительности обязан этим толкованием, — рав Алкалай. Именно он думал именно так, пусть и не формулировал это в явном виде. Рав Алкалай настаивает на том, что мессия — это конец всего процесса. Он очень боялся того, что люди, услышав призыв к Избавлению, скажут: «Пусть придет Машиах и сделает», — и поэтому говорил им: «Начинайте действовать сейчас — Машиах придет в конце».

Идея Коль а-Тор, на протяжении всей книги — состоит в том, что есть два этапа Избавления. Первый этап, земной, практический — это Машиах бен Йосеф, который может умереть, а может и не умереть (есть молитва, чтобы не умер). Второй этап, небесный, когда Святой Благословенный вмешается Сам, — это Машиах бен Давид.

Машиах бен Давид — это завершающий мессия, тот кто не умрет. А до тех пор каждый «временный» мессия, который будет — это Машиах бен Йосеф.

Итак, мой вывод. Шломо Залман Ривлин не только не является «позорным фальсификатором» — напротив: он замечательный и недооцененный человек, которого Провидение явило нам окольным путем, чтобы он открыл нам свое широкое учение.

Это значит: нужно изучать Коль а-Тор — именно с пониманием того, что этот удивительный человек с блестящим умом оставил нам подлинное учение. Этот «скрытый праведник» создал его. Меня не слишком заботит, если часть его замысла была и такой о которой пишет Авиви — несомненно, у семьи Ривлин было большое соперничество с семьей Соломон, — но в эти ссоры я не вмешиваюсь.

Главное не в этом. Важно другое: как люди Торы мы можем почерпнуть из учения этого человека несметно много — невзирая на то, что исторический рассказ, который он изложил, никогда не существовал в действительности. Я думаю, ему удалось извлечь наружу то, что было сокрыто в душах тех великих людей — учеников Гаона из Вильно, — если бы они пробудились тогда должным образом. Если бы это произошло — именно так выглядела бы их книга. А если бы они действительно были теми первыми сионистами, их книга была бы написана именно как Коль а-Тор.

Поэтому Коль а-Тор — в высшей степени замечательная книга. Я думаю, это одно из самых прекрасных развитий учения Виленского Гаона — даже если оно написано пятью или семью поколениями позже. Это великолепное развитие.

Поэтому я считаю что книгу стоит изучать - но не из наивности, считая, что у нас есть традиция от учеников Гаона, ибо тогда ты просто смешон. Тем более что мы в этом не нуждаемся. У нас есть люди, жившие буквально чуть позже, — задолго, задолго, задолго до светского сионизма — которые высказали все эти идеи. «Ложь», которую распространяет Эткес о том, что сионизм это светское движение, рожденное из европейского национализма XIX века и антисемитизма, — это ложь. И притом несравнимо более тяжелая, чем «лжи» Шломо Залмана Ривлина, потому что его лжи — святые: он хочет поведать великий рассказ. А Эткес, в сущности, просто поддерживает свою политическую партию.

Если угодно, можно провести такую параллель: все историки сионистского движения по большей части рассказывали истории, которых не было. И они рассказывали их — ибо война идет между рассказами, а не между тем, что было в реальности. «То, что было» — всегда бесконечно. Поэтому я думаю, что Коль а-Тор — замечательная книга, достойная изучения в ясном уме и с открытыми глазами.

Здесь есть одна хорошая шутка — старая, сегодня не слишком популярная. Говорили, что тот, кто написал пьесы Шекспира, не мог быть Шекспиром, потому что это был великий интеллектуал, а Шекспир — из простой семьи, стал актером театра (что в ту эпоху было презренным занятием) уже в четырнадцать лет. Поэтому кто-то хотел создать эти пьесы, но не хотел быть причастным к этому презренному занятию и приписал их Шекспиру. И вот один исследователь написал: «Пьесы Шекспира написал не Шекспир, а другой человек с тем же именем — Уильям Шекспир». Что он хотел сказать? Что это бессмыслица. Ведь что вы знаете о Шекспире? Что он написал Гамлета, Отелло, Макбета — и это все, что вы знаете. Другой Шекспир — это просто другое имя для того же.

Точно так же: да, рав Гилель Ривлин из Шклова — или рав Шломо Залман Ривлин, его потомок в пятом поколении, — это в конечном счете просто имена. Я почти ничего не знаю о раве Гилеле Ривлине из Шклова, кроме того, что он сын рава Биньямина из Шклова. Зато это, воплощенное в Кол а-Тор учение, — глубоко захватило меня. Мне не важно, кто именно это написал. Главное — серьезно отнестись к этому учению.

Нарратив Коль а-Тор не нужен нам, и не нужно предлагать его другим. Но к самому учению стоит отнестись с большим уважением.

Нас сегодня здесь немало огорчили — и религиозный сионизм, принявший эту историю всерьез, и семья Ривлин. Завершим же поминовением рава Шломо Залмана Ривлина как великого человека, и да будет его заслуга защитой нас и всего Израиля, и да стоит учиться по его книгам и черпать из его учения — в тех рамках, которые мы для себя прояснили, — и постигать через них глубокие понятия, такие как Машиах бен Йосеф, и многое другое.